Что относится к психоактивным веществам

 

Психоактивные вещества (ПАВ) в культуре народовВсе культуры использовали психоактивные вещества (ПАВ). Это могут быть умеренные стимуляторы, вроде кофеина, или снадобья с мощными эйфорическими эфф.. Под понятием «психоактивное вещество» принято понимать средства синтетического, полусинтетического и естественного происхождения, которые оказывают воздействие на функционирование центральной нервной системы.

Психоактивные вещества (ПАВ) в культуре народов

Все культуры использовали психоактивные вещества (ПАВ). Это могут быть умеренные стимуляторы, вроде кофеина, или снадобья с мощными эйфорическими эффектами, например морфин.

Некоторые несут высокий риск привыкания, другие нет. Некоторые изменяют восприятие, другие – настроение, третьи и то, и другое. Есть среди них такие, что способны убить человека при нарушении дозировки.

И хотя психоактивные вещества известны всем культурам, законы и обычаи, касающиеся их применения, сильно разнятся. Вещества, употребляемые «своими», приемлемы, а те, что пользуют «чужие», – порочны и подтверждают низменный статус представителей иных культур. Особенно такие установки очевидны в моменты, когда великие империи покоряли другие культуры.

Мордехай Кук, английский натуралист, был в этом отношении необыкновенно проницательным для своего времени человеком. Вот что он написал в 1860 году:

«Странно, что курение опиума кажется нам вызывающе противоречащим всему английскому. Когда мы, окутанные клубами дыма, курим свои трубки с табаком, то выражаем при этом свое удивление китайцами, курящими опиум,… все, кто питает склонность к наркотикам, которые нравятся английскому Джонни, считают своим долгом выразить презрение к их привычкам».

Подобное отношение к психоактивным веществам свойственно не только викторианской Англии – оно распространено и сохраняется по сей день. Спустя приблизительно 100 лет после Кука американский писатель и исследователь наркотиков Уильям С. Берроуз записал похожие наблюдения: «Наш национальный наркотик – алкоголь. К применению других наркотиков мы склонны относиться с ужасом».

Прежде чем мы исследуем биологию психоактивных препаратов, прежде чем сорвать все покровы тайны, давайте взглянем на несколько примеров употребления наркотиков сквозь века и культуры. Это поможет нам расширить свой взгляд на межкультурные и биологические факты использования наркотиков.

Виды психоактивных веществ (ПАВ)

По происхождению психоактивные вещества и наркотики делятся на растительные, полусинтетические (синтезируемые на основе растительного сырья) и синтетические; также их классифицируют по способу действия на организм.

Не все психоактивные вещества являются наркотиками, но все наркотики являются психоактивными веществами.

Разделение психоактивных веществ может проводиться и по их химическому строению, а также по действию, которое они оказывают на поведение человека и которое можно ощущать субъективно. Существуют и комбинированные классификации.

Некоторые ПАВ растительного происхождения

Некоторые вещества и препараты имеют различный юридический статус в разных странах, например кат и др.

Юридический статус препаратов может зависеть от концентрации ПАВ.

По фармакологическим свойствам

Комбинированные классификации ПАВ

Приведённые ниже круги Эйлера представляют собой попытку в наглядном виде представить в пересекающихся группах и подгруппах наиболее распространённые психоактивные средства, с использованием и синтезом классификаций, основанных как на их клиническом эффекте, так и на химическом строении.

Стимулирующие

  • Адреномиметики
  • Психомоторные
  • Амфетамины
  • Катинон
  • Метилфенидат
  • Кокаин
  • Кетоны
  • Бупропион
  • Амфепрамон

СИОЗС

  • Флуоксетин
  • Флувоксамин
  • Пароксетин
  • Сертралин

ИМАО

ТЦА

 

ТеЦА

  • Мапротилин
  • Миртазапин
  • Тразодон
  • Эфедрин
  • Псевдоэфедрин

Пурины

  • Кофеин
  • Теофиллин
  • Теобромин

Нейролептики

Атипичные Н.

  • Клозапин
  • Рисперидон
  • Оланзапин
  • Кветиапин
  • Сульпирид
  • Зипрасидон

Типичные Н.

  • Галоперидол
  • Фторфеназин
  • Тиоридазин
  • Хлорпромазин
  • Пимозид
  • Перфеназин
  • Каннабидиол

Холинергические

  • Никотин
  • Мускатный орех
  • Мускарин

Депрессанты

Седативные Снотворные

  • Алкоголь
  • Эфир
  • Барбитураты
  • Хлороформ
  • Хлоралгидрат
  • Метаквалон
  • GHB

Бензодиазепины

  • Алпразолам
  • Диазепам
  • Флунитразепам
  • Темазепам
  • Лоразепам

Опиаты

  • Опиум
  • Кодеин
  • Морфин
  • Героин
  • Оксикодон
  • Дигидроксикодеинон
  • Метадон
  • Фентанил

Психоделики

  • Марихуана
  • ТГК
  • MDMA
  • MDA
  • MDEA
  • Мескалин
  • ДОБ
  • LSD
  • Псилоцибин
  • AMT
  • DMT
  • Ибогаин

Диссоциативы

  • Закись азота
  • Кетамин
  • DXM
  • Тилетамин
  • PCP
  • Сальвия
  • Алкалоиды мухомора

Холинолитики

  • Дименгидринат
  • Дифенгидрамин
  • Скополамин
  • Атропин

Галлюциногены

Легенда

Базовые группы

  • Синий: Стимулирующие центральную нервную систему вещества, .
  • Красный: Депрессанты (успокоительные средства).
  • Зелёный: Галлюциногены.
  • Розовый: Нейролептики.

Вторичные группы

  • Голубой: Пересечение стимулирующих (Синий) и психоделических галлюциногенов (Зелёный) — Психоделики со стимулирующим эффектом
  • Жёлтый : Пересечение депрессантов (Красный) и диссоциативных галлюциногенов (Зелёный) — Диссоциотивы с успокаивающим эффектом
  • Светло-фиолетовый: Пересечение стимулирующих (Синий) и нейролептиков (Розовый) —Антидепрессанты без седативного эффекта
  • Кремово-красный: Пересечение депрессантов (Красный) и нейролептиков (Розовый) —Антидепрессанты и антипсихотики с седативным эффектом.

Третичные группы

  • Пурпурный: Пересечение стимулирующих (Синий) и депрессантов (Красный) — Пример: никотин.
  • Белый: Пересечение стимулирующих, депрессантов и галлюциногенов — Пример: ТГК.
  • Дымно-голубой: Пересечение стимулирующих, психоделических галлюциногенов и нейролептиков — Пример: эмпатогены-энтактогены.
  • Персиковый: Пересечение депрессантов, диссоциативных галлюциногенов и нейролептиков

Четвертичные группы

  • Светло-розовый: Центр заключает в себя пересечение всех четырёх секций (стимулирующие, нейролептики, депрессанты, галлюциногены) — Пример — Марихуана, содержащая и ТГК и каннабидиол.

Классификации по силе воздействия на психику

Чем меньшее количество вещества необходимо принять для того, чтобы полностью ощутить его действие, тем более сильным, более психоактивным оно является. Для ЛСД, например, активная доза равна 100 микрограммам, в то время как для этанола доза измеряется десятками граммов. Таким образом, психоактивность ЛСД в десятки тысяч раз выше чем психоактивность этанола. В зависимости от особенностей метаболизма индивида вещество может на него почти не действовать или действовать гораздо сильнее (гиперчувствительность). Также принято измерять дозу в граммах вещества на килограмм веса.

Деление по силе зависимости неоднозначно. Лидерами по данному показателю среди веществ считаются героин, кокаин и никотин, а также алкоголь. Из классов веществ выделяют опиаты и стимуляторы, как вызывающие сильную зависимость, также сильную зависимость могут вызывать барбитураты, хотя реакции конкретных людей на различные препараты могут быть очень индивидуальны.

Кофе и чай, содержащие пурины, оказывают лёгкий стимулирующий эффект. Под «лёгкими наркотиками» обычно подразумевают марихуану и иногда некоторые психоделики.

Осло, 1964

В то время исследования биологических основ памяти лихорадили сообщество нейробиологов. Всем было ясно, что воспоминания могут сохраняться в течение всей жизни. Ожидалось, что личный опыт создает долговременные изменения в нейронных функциях, которые лежат в основе энграммы.

Наиболее вероятным казалось предположение о том, что переживаемый опыт изменяет нейронную функцию под названием «синаптическая передача» (синаптическая трансмиссия) – процесс, при котором потенциалы действия попадают в терминали аксонов и запускают высвобождение молекул нейромедиатора, которые затем распространяются по синаптической щели и связываются с подходящими им рецепторами, тем самым активируя получающий информацию постсинаптический нейрон. Синаптическая передача – это базовый и самый распространенный способ быстрой коммуникации между нейронами.

Доминирующая гипотеза заключалась в том, что определенные паттерны стимуляции нейронов с помощью электродов (которые подражали бы эффектам реального опыта) создают длительные изменения в силе синаптической передачи. Однако это предположение породило много споров, поскольку доказать, что этот механизм работает именно так, было невозможно. Самые длительные изменения синаптической передачи, зарегистрированные в лабораторных условиях, длились всего 1-2 минуты – период, недостаточный для сохранения в памяти.

В 1964 году Терье Ломо работал врачом в норвежском флоте и скоро должен был выйти в отставку. Будучи в отпуске в Осло, он подыскивал себе работу и на улице столкнулся с нейрофизиологом Пером Андерсеном. После оживленного разговора о синапсах и нейронах Ломо дал согласие присоединиться к лаборатории Андерсена в качестве докторанта (претендента на степень PhD).

В то время по техническим причинам записывать синаптическую активность головного мозга было очень трудно. Обычно записи активности межнейронных синапсов производились на более доступном для исследований спинном мозге (так были получены упомянутые ранее гипотезы по изменению силы синапсов).

К моменту встречи с Ломо Андерсен разработал технику, позволявшую записывать синаптические передачи в структуре мозга под названием «гиппокамп» – работа проводилась на кроликах, находящихся под анестезией. Ломо перенял эти техники и стал изучать особенности синапсов гиппокампа.

В 1965 году он впервые сообщил, что повторная стимуляция (120 импульсов при 12 импульсах в секунду) может привести к увеличению силы синапсов. Однако лишь осенью 1968 года, когда к Ломо присоединился Тим Блисс – приглашенный британский ученый, интересовавшийся проблемами памяти, – дело сдвинулось с мертвой точки.

В первом эксперименте Ломо и Блисс использовали модель, при которой только один тестовый импульс применялся для измерения силы синапса. Записав серию стабильных базовых ответов, они испробовали «условный стимул», состоящий из 300 импульсов (при 20 импульсах в секунду). Через несколько повторов этого условного стимула ответ на тестовый импульс стал сильнее, что доказывало возрастание мощности синапса.

Важнее всего был тот факт, что увеличенная сила синапса сохранялась не одну-две минуты, а в течение многих часов – на протяжении всего возможного периода долговременной записи. Так, в 1968 году был впервые пролит свет на механизм сохранения памяти в мозге. Тот день открыл современную эру исследований памяти на клеточном и молекулярном уровне.

Ломо и Блисс назвали этот феномен длительной потенциацией (ДП; long-lasting potentiation, LLP). Но, как это бывает в науке, название не прижилось. Сегодня это явление известно как длительная синаптическая потенциация, ДСП (long-term synaptic potentiation, LTP).

Психоактивные вещества и нейромедиаторы

Мы знаем, что опыт, в результате которого активируются содержащие дофамин нейроны вентральной области покрышки (ВОП) и происходит выброс дофамина в целевые области мозга, переживается как приятный, и что этот процесс можно вызвать прямой стимуляцией с помощью имплантированных электродов.

Возникает простая гипотеза: все типы наркотиков, которые используют люди – стимуляторы, седативные средства, опиаты, галлюциногены или препараты смешанного действия, – активируют нейронную цепь удовольствия переднего мозга.

Мы уже показали, каким образом стимуляторы кокаин и амфетамин высвобождают дофамин из нейронов вентральной области покрышки путем блокирования его перепоглощения в аксонных терминалях и тем самым продлевают действие дофамина в целевых регионах вентральной области покрышки и стимулируют нейронную цепь удовольствия.

А как действуют препараты, не связанные с дофаминовой системой? Например, мы знаем, что морфин и морфиноподобные наркотики (героин или фентанил) вызывают эйфорию, но не оказывают прямого влияния на передачу сигналов дофамина.

Дабы объяснить действие опиатных препаратов, нужно отвлечься и разобраться, как действуют наркотики вообще. Некоторые психотропные вещества обладают широким спектром действия: и алкоголь, и эфир неспецифически воздействуют на множество химических и электрических функций нейронов. Так же многосторонне на нейроны влияет кофеин, и его воздействие как стимулятора нельзя привязать только к одному эффекту.

Однако большинство препаратов естественного и искусственного происхождения воздействуют все же на определенные системы нейромедиаторов в мозге. Например, кокаин и амфетамин блокируют перепоглощение дофамина, бензодиазепиновые транквилизаторы усиливают работу рецепторов нейромедиатора ГАМК, а антидепрессанты СИОЗС эффективны благодаря тому, что подавляют обратный захват высвобожденного серотонина.

Во многих случаях ученые выясняли, какие рецепторы активируются тем или иным наркотиком раньше, чем обнаруживали естественные нейромедиаторы, для которых предназначены эти рецепторы. Так получилось с морфином.

Когда Сол Снайдер и Кэндис Перт в 1973 году обнаружили, какие рецепторы связываются с морфином, они не знали, для какого естественного, присущего организму вещества эти рецепторы существуют. Открытие их озадачило, потому что казалось маловероятным, что природа снабдила животных особым видом рецепторов, которые простаивали бы неактивными, пока это животное случайно не съедало определенный вид мака. Два года спустя Джон Хьюз и Ганс Костерлиц первыми выяснили, какие естественные вещества связываются с этими рецепторами и активируют их. Эти естественные аналоги морфия называют эндорфинами.

С тех пор были описаны разные виды «опиоидных» рецепторов и разные соответствующие им виды эндорфинов. Роль эндорфинов и их рецепторов многогранна: они отвечают за восприятие боли, регулирование настроения, памяти, невральный контроль пищеварительной системы.

Похожая история случилась с коноплей. Основной психотропный компонент конопли – тетрагидроканнабинол (ТГК) связывается с особыми специфическими рецепторами мозга и активирует их. Эти рецепторы, они называются СВ1 и СВ2, в естественных условиях активируются собственными ТГК-подобными молекулами.

Эти «эндоканнабиноиды» – своего рода «конопля», которая производится в мозге, в том же смысле, что и эндорфины – производимый в мозгу морфин. На сегодняшний день известно два эндоканнабиноида: 2-арахидониглицерол и анандамид (последнее происходит от слова «ананда», что на санскрите означает «блаженство»).

Нечто подобное произошло и с табаком, действующим веществом которого является никотин. Никотин активирует подгруппу рецепторов эндогенного нейромедиатора ацетилхолина.

Подобная косвенная сигнальная схема работает и при опьянении коноплей. ТГК – основной психотропный компонент конопли – связывается с эндоканнабиоидными рецепторами СВ1 на тех пресинаптических терминалях, которые высвобождают ГАМК для дофаминовых нейронов вентральной области покрышки и тем самым активируют их. Когда текущее высвобождение ГАМК уменьшается, нейроны вентральной области покрышки активируются и усиливают выброс дофамина в целевые участки вентральной области покрышки.

Алкоголь действует еще более замысловатым способом. Он повышает секрецию и эндорфинов, и эндоканнабиоидов (с помощью пока еще плохо изученных механизмов) и тем самым растормаживает дофаминовые нейроны вентральной области покрышки.

Воздействие никотина схоже с морфином и ТГК, но работает от противного. Никотин связывается с рецепторами терминалей аксонов, которые содержат глутамат и которые контактируют с дофаминовыми нейронами вентральной области покрышки. Когда никотин связывается с этими специализированными рецепторами (под названием альфа-7-никотин-ацетилхолиновые рецепторы), происходит увеличение выброса глутамата, усиливается возбуждение нейронов вентральной области покрышки и выброс дофамина.

Итак, мы увидели, что все психотропные вещества так или иначе увеличивают выброс дофамина в связанные с вентральной области покрышки участки мозга. Любопытно, что к подобным веществам относится большой сегмент спектра наркотиков: от стимуляторов (вроде кокаина и амфетаминов) до седативного алкоголя, от опиатов (например, героина) до наркотиков смешанного воздействия (типа никотина и конопли).

Все это замечательно. Однако не может ли оказаться так, что выброс дофамина – лишь побочный эффект действия этих наркотиков и на самом деле дофамин не играет большой роли в психоактивном эффекте? Скорее всего, нет. Когда человека помещают в томограф и делают ему внутривенный укол кокаина, амфетаминов или героина, то на сканограммах видна активация области вентральной области покрышки и областей, в которых происходит выброс дофамина, а пик этой активации приходится прямо перед тем, как субъект сообщает о наибольшем удовольствии.

Свойства психоактивных веществ

Препараты, которые используют люди, обладают широким спектром различных эффектов. Очень приблизительно таксономия выглядит так: стимуляторы, седативные средства, галлюциногены, опиаты и препараты со смешанным действием.

К стимуляторам относится обширный диапазон веществ, которые увеличивают период бодрствования и в целом положительно влияют на умственную активность: кокаин, кат, амфетамины, кофеин. Стимуляторы обычно поднимают настроение, но иногда вызывают тревожность и нервное возбуждение.

Седативные средства, напротив, успокаивают, склоняют ко сну, ухудшают координацию движений и увеличивают время реакции. К седативным средствам относятся: алкоголь, эфир, барбитураты, бензодиазепиновые транквилизаторы и гаммагидроксибутират (ГГБ).

Галлюциногены (ЛСД, мескалин, фенциклидин, кета- мин и айяваска) нарушают восприятие – искажают зрительную, слуховую и прочую информацию. Они также изменяют когнитивные процессы и настроение, часто вызывая необычное переживание «единства со Вселенной».

Опиаты (как растительные – опиум, морфин, героин, так и синтетические) имеют седативное действие, но выделены в особую группу, потому что в отличие от других седативных средств порождают уникальную и мощную эйфорию (а также снимают боль).

Конечно, по опыту нам известно, что подобная таксономия веществ неточна. Например, в больших дозах алкоголь – это седативное средство (а в очень больших его эффект может быть летальным), но в низких дозах алкоголь имеет стимулирующее действие, особенно в определенных социальных контекстах. Это оживление может привести как к интересной беседе, так и к терзающему слух соседей караоке или к драке в баре.

Аналогично кокаин обычно не галлюциногенен, но его большие дозы могут иногда вызывать галлюцинации. Подобную двойственную природу имеют большинство препаратов. Никотин имеет сложное и тонкое психотропное воздействие, сочетая стимулирующий, успокаивающий и эйфорический эффект.

Популярный клубный наркотик экстази (метилендиоксиметамфетамин, МДМА) является одновременно стимулятором и слабым галлюциногеном и к тому же создает ощущение близости с окружающими.

Марихуана – седативное средство, но оказывает умеренный эйфорический эффект (больше, чем никотин, но слабее героина).

Антидепрессанты, скажем, селективные ингибиторы обратного захвата серотонина или антидепрессанты двойного действия, улучшают настроение независимо от того, страдает человек депрессией или нет, но их нелегко отнести к одной из наших пяти категорий.

Возможно, труднее всего создать таксономию для социальных контекстов использования психотропных веществ. Хотя химическое действие препарата всегда одно и то же, результаты этого химического действия зависят от состояния мозга, и поэтому эффекты могут меняться.

Люди, получившие морфин для облегчения боли, обычно сообщают о значительном уменьшении боли и о некоторой степени эйфории. Те же, кто принимает аналогичную дозу морфина для собственного удовольствия, сообщают о значительно более сильной эйфории.

В недавнем лабораторном эксперименте одной группе испытуемых сообщили, что они будут курить необычайно мощный препарат конопли, а другой группе его представили как очень слабый препарат конопли. На самом деле группы получили одинаковые сигареты с коноплей (среднего уровня воздействия), и время курения (равное для всех) соблюдалось строго.

Участники первой группы дали значительно более высокие субъективные оценки полученной эйфории. Кроме того, у них сильнее замедлилась реакция и нарушилась координация движений. Как сказал британский эксперт по зависимостям Гриффит Эдвардс: «Многое из того, что делают с разумом препараты, уже находится в разуме».

Психоактивные вещества: Рим, 170 год нашей эры

Прекрасное время, чтобы родиться знатным человеком. Империя растет и процветает, армия непобедима. На троне Марк Аврелий, которого назвали позже «последним из пяти великих императоров». Его личный врач – знаменитый грек Гален. И опиум находится в свободном доступе.

Сегодня Марк Аврелий известен прежде всего своими «Размышлениями»  – классическим трудом позднего периода философии стоиков, которые считали, что ключом к избавлению от боли и тягот материального мира служит отрицание эмоций. Возможно, легче быть стоиком, находясь в состоянии опьянения: император был известным опиумным наркоманом, каждый его день начинался со щепотки опиума, растворенного в вине, — даже во время военных кампаний.

Описания Галена подтверждают, что Марк Аврелий имел зависимость от опия. Его поведение в те периоды, когда император не принимал опиум (как во время Дунайской кампании), больше напоминает симптомы опиумной ломки.

Опиум, который готовят из мака Papaver somniferum, был в употреблении задолго до Римской империи. Археологические находки показывают, что он использовался в Месопотамии (на территории современного Ирака) приблизительно за 3000 лет до н. э.

Древние египтяне и древние греки широко применяли опиум для медицинских и ритуальных целей. Его ели, растворяли в вине или вводили в прямую кишку. Папирус Эберса, древнеегипетская «медицинская энциклопедия», восходящая к 1552 году до н. э., даже рекомендует опиум как снотворное для маленьких детей (кормящим матерям его рекомендовали втирать в соски).

Гален сделал опиум популярным среди римской знати, а спустя семь лет, в период правления Септимия Севера, были сняты последние законодательные ограничения употребления опиума. Он превратился в популярный рекреационный наркотик.

В последующие годы мак стал символом Рима, его изображение чеканили на монетах, вырезали на стенах храмов и стали использовать в религиозной практике. Согласно переписи 312 года н. э., опиум можно было купить в 793 различных магазинах Рима, а налоги на его продажу составили существенную часть доходов императора.

Психоактивные вещества и животные

Фактически склонность применять психотропные препараты свойственна не только людям. И речь идет не о лабораторных опытах, в которых крысам дают доступ к очищенным наркотикам в ящике Скиннера.

Дикие животные тоже охотно и добровольно поглощают психотропные растения и грибы. Птицы, слоны и обезьяны ищут перезрелые фрукты и ягоды, в которых произошло естественное сбраживание и присутствует алкоголь.

Так, по сообщениям исследователей, в Габоне (западная часть Экваториальной Африки) кабаны, слоны, дикобразы и гориллы едят опьяняющий галлюциногенный кустарник ибога (Tabernanthe iboga). Полагают, что молодые слоны учатся есть ибогу, наблюдая за старшими слонами. В горной местности Эфиопии козы доставляют неприятности владельцам кофейных плантаций, поскольку жуют кофейные зерна и получают кофеиновый драйв.

«Но погодите, – слышу я ваши возражения, – откуда мы знаем, что животным нужны именно психотропные свойства растений. Вдруг опьянение – это лишь побочный эффект потребления источника ценных питательных веществ? В конце концов, психотропные растения – это тоже вкусная и питательная еда».

Конечно, мотивы животных определить трудно. Но имеется много свидетельств, что психотропный эффект – основной мотив потребления этих растений. Часто животные едят лишь определенную часть гриба: пищевая ценность ее невелика, а психотропный эффект – значительный.

Возможно, самый драматический пример непищевой интоксикации животных дают одомашненные северные олени. Сибирские чукчи, которые пасут оленей, сами употребляют красный галлюциногенный мухомор Amanita muscaria в ритуальных целях. Олени переняли эту привычку, и когда животные находят под березами красные мухоморы, они их съедают, а затем часами бродят дезориентированные, иногда надолго отбиваясь от стада.

Активный ингредиент мухомора – иботеновая кислота, часть которой преобразовывается в организме в мусцимол, который и вызывает галлюцинации. Интересно, что лишь небольшая доля иботеновой кислоты преобразуется в мусцимол, а около 80% ее выводится с мочой.

Северные олени уяснили, что слизывание мочи, содержащей иботеновую кислоту, дает тот же галлюциногенный эффект, что и непосредственное поедание гриба. К такой моче олени стремятся отовсюду и даже устраивают драки возле особенно привлекательного участка желтого снега.

Все это не прошло также мимо чукчей, которые собирают мочу своих наевшихся мухоморов шаманов с двумя целями. Первая – просто из бережливости (мухоморы достаточно редки, а повторное использование мочи позволяет получить около пяти доз вещества из одной порции грибов.) А во-вторых, олени с восторгом относятся не только к собственной содержащей иботеновую кислоту моче, но и к человеческой, поэтому оленей удобно сгонять вместе, если опрыскать снег вокруг загона столь привлекательной для них жидкостью. Очевидно, что ее олени потребляют вовсе не из-за ее пищевой ценности.

Все это не отвечает на вопрос: почему использование психотропных препаратов настолько распространено? Ради удовольствия? Ради прилива энергии? Чтобы уменьшить тревожность, расслабиться и забыть о трудностях жизни? Чтобы получить временную индульгенцию на поведение, которое в ином случае считается неприемлемым? Чтобы простимулировать творческую деятельность и исследовать новые состояния сознания? Чтобы соблюдать ритуальные обряды? Ответ, конечно, будет «все вместе».

Психиатр Рональд К. Сигель считает, что все существа – от грызущих психотропные вещества насекомых до наших детей, которые, играя, вертятся на месте, пока голова не пойдет кругом, — имеют врожденную потребность в интоксикации. Он пишет: «Это поведение имеет такое постоянство и силу, что его можно признать потребностью наравне с потребностями в еде, питье и размножении». Это правда? Неужели у нас имеется врожденная потребность одурманивать собственный мозг? И если это так, то зачем?

Психоактивные вещества: Графство Дерри, Ирландия, 1880 год

В 1830-х годах Ирландия была наводнена местным алкоголем, поскольку привозной стоил очень дорого из-за высоких налогов Британского правительства. Ирландцы поголовно и с усердием дистиллировали потин (poitin), незаконный напиток, производимый из картофеля или ячменного солода.

В то время параллельно набирало силу движение против употребления алкоголя. Ведущей фигурой ирландского движения в защиту умеренности стал католический священник отец Теобальд Мэттью, который в 1838 году основал Общество абсолютной трезвости. Его кредо было простым: если вы решили присоединиться к обществу, то с сегодняшнего дня обещаете полностью отказаться от спиртного.

Удивительно, что эта незамысловатая программа стала мгновенным хитом: по сообщениям, за один день обещание воздерживаться от алкоголя дали более 20 тысяч человек в Ненаге, графство Типперэри. К 1844 году в общество вступило примерно 3 миллиона человек, почти половина взрослого населения Ирландии.

Как и следовало ожидать, часть людей придерживалась не духа, а буквы обещания. Одним из них был доктор Келли из городка Дрейперстоуна, графство Дерри, который решил, что вдыхание эфира – неалкогольного вещества – не противоречит обещанию. Эфир – это крайне летучая жидкость, получаемая при реакции серной кислоты с алкоголем. Он был открыт немецким химиком Валериусом Кордусом приблизительно в 1540 году.

Эффект от вдыхания паров эфира варьирует от переживания эйфории до ступора и общего наркоза. Не зря эфир был первым средством, которое использовали для общей анестезии.

Доктор Кроуфорд Лонг из Джефферсона, штат Джорджия, использовал его при удалении опухоли с шеи пациента в 1842 году. Доктор Лонг познакомился с эфиром на «эфирных вечеринках», когда был студентом в Университете Пенсильвании, и придумал использовать это психотропное вещество в хирургии.

Доктор Келли, отчаянно желавший найти стимулятор, не подпадающий под правила обещания трезвости, понял, что можно не только вдыхать пары эфира, но и пить жидкий эфир. Приблизительно в 1845 году он начал пить эфир крошечными стаканчиками, а затем начал предлагать его друзьям и пациентам как безалкогольный напиток. Очень быстро молва об этом разнеслась по стране.

Один священник заявил, что эфир «ликер, которым человек может напиться с чистой совестью». Отчасти последствия употребления эфира менее разрушительны, чем последствия алкоголя. Летучесть эфира значительно усиливает его эффекты: при комнатной температуре это газ, а при температуре тела – жидкость.

Др. Эрнест Харт написал, что «немедленные последствия потребления эфира похожи на эффект употребления алкоголя, но все происходит значительно быстрее: стадии возбуждения, умственной путаницы, потери мышечного контроля и потери осознанности следуют друг за другом так быстро, что их трудно разделить». Восстановление происходит тоже быстро. Напившиеся эфиром, которых подбирали на улицах ирландские полицейские, часто становились совершенно трезвыми, когда их доставляли в участок. И они не испытывали похмелья.

Эфир распространился по Ирландии, особенно Северной, как лесной пожар, и вскоре его можно было купить у бакалейщиков, фармацевтов, владельцев баров и даже у бродячих торговцев. Поскольку эфир в больших количествах производили для индустриальных целей, он был недорогим. Низкая цена и быстрота воздействия позволяли даже беднякам несколько раз в день напиться эфиром.

К 1880-м годам дистиллированный эфир ввозили из Англии и Шотландии и продавали даже в самых крошечных деревнях. В ярмарочные дни многие торговые городки Ирландии «пропитывались сладковатым запахом эфира», когда «его аромат словно впитывался в стены зданий и держался в них некоторое время».

В 1891 году Норман Керр, пишущий для Журнала Американской медицинской ассоциации (Journal of the American Medical Association), нарисовал яркую картину растущего потребления эфира: «Крепкие ирландские парни и красивые ирландские девушки, полные радости жизни, становятся рабами эфира. Можно увидеть, как мать с дочерями, а то и с парой соседей устраивают дружескую эфировую пирушку. Привычка к эфиру стала настолько сильной, что владельцы магазинов даже потчуют детей, которых родители послали за какой-нибудь мелочью, небольшими дозами эфира, а учителя школ чувствуют запах эфира в дыхании детей 10-14 лет (или еще моложе), которые приходят утром в классы».

Первой попыткой справиться со всеобщим эфировым помешательством было решение смешивать промышленный эфир с керосином, запах и вкус которого еще отвратительнее, чем у самого эфира. Попытка провалилась, потому что люди начали смешивать эфир с сахаром и специями или пить его залпом, зажав нос.

Интересно, что даже на пике ирландского увлечения эфиром его продажа и употребление были легальными. Эфиромания стала затихать с 1891 года, когда Британское правительство признало эфир ядом и взяло под контроль его продажу и использование. Практика употребления эфира продержалась еще несколько лет и сошла на нет к 1920-м годам.

Дешевая выпивка без похмелья? Неудивительно, что эфир был так популярен. Однако прежде чем вы броситесь за дверь, чтобы разыскать себе эфира, я должен предупредить вас о некоторых темных сторонах этого снадобья.

Эфир имеет ужасный запах и вкус, после глотка в пищеводе ощущается сильное жжение. Выпив эфира, вы начнете пускать слюни, как сенбернар в жаркий день. Кроме того, эфир провоцирует монументальные отрыжки и кишечные газы. И это не просто «пускание ветра», а газы с очень огнеопасными парами эфира.

Вы можете представить, что происходило, если выпивший эфира закуривал во время отрыжки или пукал, сидя у камина? В обоих случаях ему грозил ожог одного из концов пищеварительного тракта .

Вопросы и ответы

Источники

Использованные источники информации.

  • https://alcoholismhls.ru/2013/08/15/psixoaktivnye-veshhestva/
  • https://psyweb.global/database/knowledge/article-211-psihoaktivnoe-veschestvo
0 из 5. Оценок: 0.

Комментарии (0)

Поделитесь своим мнением о статье.

Ещё никто не оставил комментария, вы будете первым.


Написать комментарий